Меню
12+

Районная газета «Уренские вести», г. Урень

06.11.2020 10:56 Пятница
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 84(13401) от 06.11.2020 г.

На передовой во имя жизни

С.В. Романов

Врач-реаниматолог С.В. Романов с начала пандемии работает с ковид-пациентами в «красной» зоне

Борьба за человеческие жизни. Ежедневная, изнуряющая, она идёт в «красной» зоне районной больницы, куда в тяжёлом состоянии поступают пациенты с COVID-19. Врач анестезиолог-реаниматолог Сергей Васильевич Романов уже и не помнит, когда ему удавалось как следует отдохнуть с тех пор, как в апреле в связи с распространением новой коронавирусной инфекции в экстренно открывшееся отделение поступил первый пациент. Сергей Васильевич один из тех врачей, кто на своём посту, имея дело с самыми тяжёлыми формами течения болезни, делает всё возможное и невозможное, чтобы вернуть пациентов к жизни. Хотя, как и большинство медицинских работников, он героем себя не считает, говорит, что делает то, что должен. Наверное, чтобы понять всю глубину и жертвенность врачебного долга, стоит познакомиться с С.В. Романовым поближе. В этом поможет наша с ним беседа.

– Сергей Васильевич, это ведь не первая в вашей практике ситуация массового инфицирования опасным заболеванием, с которой вам пришлось столкнуться?

– Да, может быть, сравнение здесь и не очень уместно, но в восьмидесятых годах большое распространение получила менингококковая инфекция. Тогда, в 1981 году, нас с супругой Маргаритой Михайловной после мединститута как молодых специалистов по распределению направили в Восточную Сибирь – в город Тулун Иркутской области. Наверное, все слышали про этот город, поскольку в прошлом году там было сильное наводнение, о котором много сообщалось в СМИ. Впрочем, река Ия, которая там протекает, в период половодья каждый год доставляет немало хлопот местным жителям.

В 1984 году тулунцы тоже пережили очень сильное наводнение, о нём в те годы также в прессе писали. Тогда река поделила город на две части. Поскольку инфекционное отделение, где я работал врачом-педиатром, располагалось обособленно от других больничных строений, то на время половодья оно оказалось отрезанным от основной больницы. Из врачей я на тот период остался в этом отделении один. Отделение было рассчитано на 60 коек, причём, большая его часть была занята детьми с тяжелейшими инфекциями, среди которых наиболее опасной и часто встречаемой на тот момент была менингококковая инфекция. Полученные знания и наработанный первоначальный опыт помогли мне успешно справиться с ситуацией, за это тогда я был даже отмечен руководством больницы.

Надо сказать, когда в 1984 году вслед за супругой, которая к тому моменту находилась в декретном отпуске по уходу за нашей первой дочерью, я переехал в Урень, здесь также заболеваемость была высокая. Анастасия Ивановна Макарова назначила меня заместителем главного врача по лечебной работе, и параллельно я трудился в инфекционном отделении. Пик заболеваемости менингококковой инфекцией пришёлся на 1984 –1986 годы. Потом инфекция стихла.

– Как тогда удалось победить инфекцию?

– Здесь важно не запустить болезнь. Она развивается молниеносно, счёт идёт на часы. Однако если правильно оценить ситуацию, поставить точный диагноз, вовремя назначить лечение, то это заболевание очень хорошо лечится.

– Сергей Васильевич, вы ведь всю жизнь проводите интенсивные реанимационные действия, направленные на спасение жизни пациентов, вспомните один такой показательный случай из вашей прежней практики.

– Какой-то период мне пришлось поработать врачом-неонатологом в роддоме. Тогда вместе с Александром Александровичем Русских нам пришлось делать новорождённому с гемолитической желтухой заменное переливание крови. Чтобы вы понимали, это заболевание у младенца возникает, если у мамы – резус-конфликт крови. Как правило, в этом случае ребёнок либо умирает, либо становился инвалидом. Единственным спасением на тот момент было проведение заменного переливания крови. Тогда это делали редко, но мы с задачей справились.

– Работа в реанимационном отделении – это особый период в вашей практике. Вспомните, как всё начиналось?

– В 1988 году я получил специализацию по анастезиологии-реаниматологии, а в 1993 году у нас открылось реанимационное отделение на шесть коек, где я и приступил к работе. Начинали мы вдвоём с Сергеем Анатольевичем Куликановым, потом в отделение пришёл Дмитрий Сергеевич Авдюков, а несколько позднее – Александр Александрович Русских и Татьяна Васильевна Громова. В основном, мы оказывали анестезиологическую помощь в хирургии, акушерстве, были задействованы во всех случаях, требующих неотложных экстренных действий, выводили из острого периода послеоперационных больных. Прооперировать ведь только полдела, важно восстановить все жизненно важные функции организма. Работали мы тогда бок о бок с Ксенией Павловной Петровой, которая была нашим наставником, Лидией Ивановной Перевозчиковой, Анастасией Степановной Сахаровой, Вениамином Тимофеевичем Рыжовым, Александром Петровичем Абаимовым. Надо отметить, у нас был очень дружный, работоспособный коллектив, усилиями которого эффективно проводилось всё необходимое лечение.

– В каких условиях приходилось работать тогда, и как работается сейчас?

– В чём-то было труднее, в чём-то даже легче. Естественно, тогда не было таких условий, как сейчас, не было такой аппаратуры, недостаточно было медикаментов. Если вспомнить менингококковый период, то не было элементарных катетеров, одноразовых шприцов, что существенно затрудняло лечение. В реанимации, кроме операционного стола и одного дыхательного аппарата, тоже ничего не было. В этих условиях мы делали всё, что могли, опираясь на полученные знания и опыт. В основе лечения было мышление врача, и вот в этом было как раз проще. В каждом конкретном случае врач сам принимал решение, как и чем лечить, не сдерживаясь строгими циркулярами, и чаще всего оказывался прав. Сегодня есть вся необходимая аппаратура и медикаменты, но врач вынужден работать в рамках стандартов. Порою это очень мешает в работе, особенно анестезиологу-реаниматологу, поскольку ему требуется очень быстро сориентироваться, выбрать правильную тактику лечения в зависимости от тяжести состояния пациента, определить, что нужно сделать в первую очередь, чтобы пациент выжил.

– Сергей Васильевич, сегодня жизнь людей во всём мире практически парализована появлением новой коронавирусной инфекции. Вы, борясь с самыми тяжёлыми проявлениями этой болезни, как никто осознаёте всю её опасность. Расскажите об этом.

– В связи с открытием в апреле в Уренской больнице отделения для лечения ковид-больных нам пришлось разделиться. Три врача реанимации остались работать в прежнем режиме, проводя все необходимые реанимационные мероприятия, а мы, Илья Александрович Бейсарон, Дмитрий Сергеевич Авдюков и я, перешли в реанимацию вновь открывшегося отделения. Там было сначала развёрнуто семь коек, потом девять. Сначала массового поступления больных не было. Первый тяжёлый пациент был доставлен к нам из Тарасихи. Потом очень много стало поступать заболевших из Семёновского района. Поскольку они находятся ближе к областному центру, соответственно, и инфицированность у них была выше. Поступали целыми семьями, среди больных были страдающие диабетом, ожирением, почечной недостаточностью. Массово госпитализировали больных из специнтернатов Варнавина, Сухобезводного, Чибирей. Эти больные, и без того страдающие серьёзными заболеваниями, оказались более подверженными новой инфекции, и болезнь у них протекала гораздо тяжелее. Да, в тот период была какая-то неизвестность, мы ещё только получали знания, нарабатывали опыт. Трудность вызывало и то, что на тот момент у нас не было аппарата компьютерной томографии, и больных на обследование приходилось возить в Шахунью. Но всё-таки мы тогда справились.

Сейчас есть и всё необходимое оборудование, и современные средства защиты, и полученный опыт, и отделение уже не на 10 районов, а только на шесть северных, но легче не стало. Инфекция сейчас у многих больных протекает по-другому, гораздо тяжелее, смертность выше. Привыкнуть к этому невозможно. Каждого больного пропускаешь через себя, и бывает очень больно, когда не удаётся помочь. Опасность этого заболевания кроется в том, что его течение непредсказуемо, человек может чувствовать себя хорошо, а через час он уже может находиться в критическом состоянии. Кроме того, ковид грозит различными осложнениями, поскольку страдают многие органы. Сейчас у нас лечатся в основном люди 1950 – 60-х годов рождения, как правило, с сопутствующими заболеваниями. Койки в реанимации никогда не пустуют. Не усеешь выписать одного пациента, перевести его в другое отделение, его место тут же занимает другой. Среди заболевших много жителей Уреня, Шахуньи. Думаю, пик заболеваемости ещё не пройден. У нас, кстати говоря, многие врачи заболели. Только в реанимации, в той и другой, по одному врачу сейчас проходят лечение. Приходится работать сутки через сутки. Это отнимает много моральных и физических сил.

– Сергей Васильевич, вас ведь тоже не обошла стороной эта болезнь?

– Я переболел вирусной пневмонией ещё в апреле. Думаю, заразился тогда от первого поступившего к нам пациента. Изнутри, как говорится, почувствовал на себе эту болезнь, поэтому то, что переживают больные, я очень хорошо понимаю. Когда видишь пациента, проникаешься к нему сочувствием, и если врач заодно с пациентом, то побороть болезнь легче. Хотя встречаются и пессимисты, с ними сложнее.

– Сергей Васильевич, как при такой нагрузке вам удаётся сохранять оптимизм и работоспособность?

– Важен настрой. Можно раскиснуть, а можно настроиться, взять себя в руки и «пахать». А потом, я же не один. У нас очень дружный коллектив, мы работаем в одной связке. Помимо врачей-реаниматологов лечение проводят врачи-терапевты Любовь Александровна Потёмкина, Татьяна Владимировна Кузнецова. Работа по уходу за больными, неукоснительному исполнению всех назначений ложится на плечи среднего и младшего медперсонала. Работой отделения руководят заместитель главного врача по лечебной работе Татьяна Викторовна Зверева и врач-инфекционист Наталья Викторовна Никитенко.

– Настрой – это то, что нужно сегодня каждому из нас. Статистика заболеваемости растёт, а между тем многие расслабились и перестали носить маски, соблюдать социальную дистанцию. Что бы вы порекомендовали нашим читателям?

– Конечно, мы все от этой ситуации уже устали, но, чтобы поскорее вернуться к нормальному ритму жизни, нам необходимо сейчас быть дисциплинированными. Важно понимать, что маску вы надеваете не для того, чтобы себя обезопасить, но в первую очередь, чтобы не подвергать риску заражения других людей. Ведь каждый из нас является потенциальным источником коронавирусной инфекции, и, надевая маску в общественных местах, вы в первую очередь щадите окружающих.

Важно на этот период также до минимума сократить контакты. Мы, к примеру, с нашими детьми ежедневно общаемся по скайпу. Старшая дочь Татьяна проживает в Нижнем Новгороде, младшая Катя – в США, во Флориде. Обе мамы, у каждой по дочери. Татьяна трудится переводчиком, Катя – в медицинской сфере. Молодости свойственен оптимизм, поэтому они по возможности стараются не менять свой образ жизни, активно занимаются спортом. Американская семья Кати сходила на выборы, проголосовала за Трампа, недавно Катя прислала нам фотографии, как они готовились к Хеллоуину, внучка на них в различных сказочных костюмах. Словом, радуются жизни. Конечно, мы друг по другу скучаем, но надеемся, что вся эта ситуация скоро закончится. А пока такой совет: ведите здоровый образ жизни, следите за весом, чаще бывайте на свежем воздухе, укрепляйте иммунитет, и тогда никакая болезнь вас не одолеет.

Ирина СМИРНОВА.

Фото из архива Романовых

В начале профессионального пути (1981 г.)

На рыбалке в Атлантическом океане

М.М. и С.В. Романовы с внучкой Софией

С.В. Романов с внучкой Алисой

С.В. Романов с семьёй дочери Кати

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

476