Меню
12+

Районная газета «Уренские вести», г. Урень

25.01.2021 14:34 Понедельник
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 6(13422) от 25.01.2021 г.

Судьбы крутые повороты

Окончание. Начало

Всё так же скрипнула петлями дверь в избу. Стол у окна, покрытые вязаными кружками табуретки, над столом – зеркало, в углу – иконостас, у перегородки – бабушкина железная кровать с набалдашниками. Он прошёл за перегородку. На небольшом столике у окна – всё та же настольная лампа с ярко-оранжевым абажуром, только такую, одну единственную, привезли в сельский магазин под заказ – уж очень беспокоилась бабушка за его зрение, а на полке над столом – аккуратно расставленные его школьные учебники.

– Кто здесь? Антоша, это ты? – раздался неожиданно чей-то голос.

У порога стояла, укутавшись в шаль, старушка, в которой он едва узнал бабушкину соседку.

– Я, баба Люба, я, кому же ещё быть, – откликнулся он, выйдя из-за перегородки.

– Что же ты, Антошенька, запоздал-то как? – заплакала она.

– Так получилось. В командировке был.

– А бабушка ждала, всё надеялась на встречу.

– Виноват я, баба Люба, очень виноват. Но ничего уже не вернёшь.

Они долго сидели и вспоминали прошлую жизнь, наполненную самыми простыми радостями: яркими рассветами, пением петухов поутру, катаньями с залитой в огороде горки, бабушкиными сказками, запахом пирогов по праздникам, живой ёлкой в Новый год и много ещё чем, что ушло безвозвратно.

– Антоша, ты, как на кладбище сходишь, к нам ночевать приходи, не сиди тут один, – сказала, уходя, баба Люба. – Дед мой рад будет тебя видеть. Не встаёт уже два года, а поговорить – любитель, хлебом не корми.

Вернувшись с кладбища, Антон растопил печь и долго задумчиво сидел у окна, любуясь на догорающий закат. Отблески заката ложились на простирающееся к лесу белое поле, отсвечивая фиолетовыми тенями деревьев. Солнце, медленно уходившее за горизонт, вскоре совсем угасло. На белоснежные просторы стали надвигаться причудливые тени, наполняя всё вокруг какой-то непостижимой тайной. То тут, то там стали появляться первые звёздочки, и постепенно всё замерло, погрузившись в глубокий сон. Зиму часто называют волчьим временем. Это холодное время года с долгими ночами, крепкими морозами, завывающими метелями настраивает на размышления, словно кто-то неведомый хочет сказать нам: «Не спешите, остановитесь, задумайтесь, вспомните о самом важном!»

Устроившись поудобнее возле печки, Антон достал альбом с фотографиями. Вглядываясь в лица давно покинувших этот мир родственников, разглядывая свои забавные детские фотографии, школьные снимки с одноклассниками, он вновь предался воспоминаниям. Задремал только под утро. А проснулся от неожиданно обрушившегося на него громкого и зычного голоса: «Ты что же это, дурилка картонная, приехал и носа не кажешь! Сбежать хотел, не повидав закадычного друга?» И не успел Антон опомниться, как кто-то большой и сильный, наполняя комнату морозной свежестью, схватил его в охапку. «Лёха! – осенило его. – Конечно, Лёха! Только он ещё в юности так шутливо обращался к друзьям, переняв эту присказку от своего деда, известного в деревне балагура и шутника».

– Да отпусти ты, медведь, задушишь! – пытаясь освободиться от крепких Лёшкиных объятий, наконец, выдохнул Антон.

– А ты что какой хлипкий? Отощал в городе? – усаживаясь рядом и кладя руку Антону на плечо, басил Лёха. – Ну, рассказывай, как житуха?

– Да, вроде, всё путём, – проговорил Антон, поддерживая его полушутливый тон.

– Путём – это как? Давай поподробнее.

– Да что рассказывать? Работаю. Проблем особых нет. Не считая того, что порой – на износ. Жильём обеспечен. Недавно машину поменял, давно хотел джип. Дачу приобрёл, – пытаясь говорить уверенным тоном, ответил Антон.

– Да, брат, что-то невесело ты об успехах в жизни рассказываешь. Жена, дети?

– Жена. Детьми пока не обзавёлся. Сам-то как? Слышал, фермерством занялся.

– Да, решил рискнуть. Надо же как-то жить! Куда мне – от родной земли? Колхоз приказал долго жить. Взял кредиты, кое-какую технику выкупил. Ферму ремонтирую. Пацанов-то надо растить. У меня ведь их трое! Магазин закрыли. Маринку к себе бухгалтером взял. В общем, друг, в бизнес подался. Потом всё обсудим, будет ещё время. А сейчас ко мне. Маринка оладушек напекла. Давай-давай, поднимайся, слышать ничего не хочу. Оладушки, да со сметанкой! А потом – за ёлкой! Мы же клуб отремонтировали. Сегодня там гулять будем. Ты хоть помнишь, что сегодня 31-е?! Отказы не принимаются. В лесу-то давно был? – не давая вставить слова, продолжал басить Лёха.

Перед Лёшкиной напористостью было сложно устоять.

– Вот моя деревня, вот мой дом родной! Прошу! – открывая дверку уазика, нараспев проговорил Лёха. – Сейчас прокачу с ветерком.

– Ты что же исчез, как всегда, ни словом не обмолвился? – накинулась на него в дверях Маринка. – Я кому оладьи пекла?

– Сейчас всё сметём, – обнимая жену, смеялся Лёха. – Ты посмотри, кого я тебе привёл! Узнаёшь дружка детства?

– Антон! Ну, наконец-то, объявился! – обняв Антона, радостно проговорила Маринка и тут же засуетилась: «К столу, мальчики, к столу!»

Плотно позавтракав, забыв обо всём на свете, он, не раздумывая, поехал с Лёшкой в лес за ёлкой. С какой благодарностью он вспоминал потом эту поездку, да и всё, что подарила ему судьба в ту новогоднюю ночь.

Народ в клубе стал собираться задолго до полуночи. Дел всем нашлось. Кто-то ёлку устанавливал, она, как в далёком детстве, источала неповторимый лесной аромат, кто-то расставлял столы прямо в зале возле ёлки. Кому-то было поручено, как сказал Лёха, украсить деревенский праздник хорошей музыкой, а кому-то обеспечить угощением. Хотя с последним проблемы вряд ли могли возникнуть: в деревне всегда на все общие мероприятия приходили со своими закусками. Руководил всем Лёшка, Алексей Иваныч – для всех деревенских, от малышни до глубоких стариков. Уважали Лёшку в деревне за хозяйскую хватку, любовь к земле, за помощь и дельный совет, потому и поддерживали во всём, надеясь сохранить деревню. «Вот это и называется широкой русской душой», – глядя на всё происходившее, думал Антон. Тосты от души, песни под гармонь, беседы за жизнь. Как же истосковался он по всему этому! Пироги, солёные грузди, квашеная капуста, холодец – как давно он этого не ел, и какое же, оказывается, всё это вкусное! Но самое главное – он чувствовал себя прежним. Не нужно было бояться попасть впросак или кому-то не понравиться, подыскивать слова, чтобы угодить, и говорить дежурные комплименты. Как только стрелки часов сошлись на двенадцати, Лёшка в костюме Деда Мороза, поздравил всех с Новым годом и каждого заставил встать и сказать добрые слова. «Не отлынивать, у каждого, я уверен, найдётся, что сказать, хоть пару слов», — настаивал он.

Всё хорошее когда-нибудь заканчивается. Антон понимал, что надо возвращаться в город. Отыскал телефон, который давно сел, зарядив, обнаружил массу звонков, но решил пока не звонить, а разобраться по приезде. Как ни странно, проблемы на работе были быстро улажены, но прежней удовлетворённости от неё он уже не получал, ходил по привычке, а вскоре и вовсе уволился, никому ничего не объяснив. С новой работой не спешил, лишь через месяц задумался над своей давней мечтой – проектированием детских спортивных комплексов и игровых площадок. В школьные годы, бывая в городе, он очень завидовал городским мальчишкам, имевшим возможность заниматься в хороших спортивных залах, на оборудованных дворовых площадках. Жена его не понимала. Они отдалялись всё больше и больше. И, в конце концов, расстались. Правда, Алла недолго была одна, вновь вышла замуж за папиного приятеля лет на пятнадцать старше её и была несказанно счастлива: новый муж её баловал. Антон жениться не спешил. С головой ушёл в работу. Каждый из них, как он говорил потом, пошёл своей дорогой.

Через год судьба и ему улыбнулась. Тёплым июльским вечером он возвращался в город после завершения строительства спортивного комплекса в одном из районных центров. Проезжая мимо одной из близлежащих деревень, заметил в поле рядом с автобусной остановкой девушку, собиравшую ромашки. В лучах заходящего солнца это выглядело так романтично, что он невольно залюбовался, а затем, заметив, что девушка выходит на дорогу, остановил машину. Увидев её испуг, с улыбкой спросил:

– Девушка, ромашки не продадите? Уж очень красивые!

– А сами собрать не пробовали? – улыбнувшись в ответ, ответила она.

Так они и познакомились с Катей, ставшей впоследствии его женой. А родившуюся дочку он назвал Машей в память о своей бабушке.

Александра Семёнова.

Фото из открытых интернет-источников

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

31