Меню
12+

Районная газета «Уренские вести», г. Урень

22.06.2020 14:57 Понедельник
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 45(13362) от 22.06.2020 г.

«Когда я на почте служил ямщиком…»

Дорога жизни. На первом плане – казашка Рахима Оспанова

«Когда я на почте служил ямщиком». Эта старинная песня была любимой у моего дедушки Николая Александровича Грибанова. Пел он её нечасто, но самозабвенно, с душой, прикрыв глаза, и немного фальшивил. Дедушка, родившийся в маленькой деревеньке Тонкинского района, с детства любил лошадей. Обожал мальчишкой с ватагой таких же, как он, пацанов ходить в ночное. А каким для него было незабываемым счастьем купать лошадей в реке! Он всю жизнь считал, что лошади очень умные, благородные животные и не умеют предавать, как люди.

П.Н. и Н.А. Грибановы с внуком Серёжей

Памятник неизвестному водителю в д. Кобоне

Родом дедушка был из многодетной и очень бедной семьи. Отец его – Александр Григорьевич – без вести пропал в Первую мировую войну. Зачастую вместо уроков в школе дедушка ходил по деревням и просил милостыню. Но удивительно было его стремление к самообразованию. Окончив всего три класса начальной школы, он обладал каллиграфическим почерком и читал всё, что подвернётся ему под руку.

Достигнув подросткового возраста, он пошёл работать в колхоз, чтобы как-то помочь семье прокормиться. Но и в тот момент он не изменил любимым лошадям – стал работать конюхом. Каждая вверенная ему лошадка была всегда чистой, гладко вычесанной, сытой, здоровой и ухоженной. «Мои лошадки всегда на солнышке блестели», – рассказывал дед, вспоминая свою юность.

Летом 1942 года он был мобилизован и попал на Ленинградский фронт. В какую часть, кем – я не знаю, не помнят этого и мои родственники. Только все мы знаем, что с наступлением зимы дедушка стал извозчиком и по льду Ладожского озера, по Дороге жизни, на лошади доставлял в Ленинград продукты. Из этого периода своей фронтовой жизни он рассказал нам одну историю.

Как-то раз вёз он по Дороге жизни в осаждённый Ленинград ящики с продуктами. Вдруг налетела немецкая авиация, и практически рядом с подводой разорвалась авиабомба. На месте взрыва образовалась полынья, лёд стал проламываться всё больше и больше. Раненая лошадь стала тонуть, увлекая за собой на дно озера и извозчика, и сани с продуктами. Стоя по пояс в ледяной воде, дедушка из последних сил старался разгрузить подводу, кидая ящики с продуктами на лёд. На помощь ему подбежали другие извозчики. Они сначала отрезали шлеи и ремни, которыми крепилась лошадь к саням, и на руках вытащили сани из полыньи на твёрдый лёд. Лошадь утонула. «Если бы не помощь таких же возчиков, как я, моей могилой тоже бы стало Ладожское озеро», – говорил дедушка.

После «купания» в ледяной воде он обморозил ноги, попал в госпиталь, где ему ампутировали несколько пальцев на левой ноге. Судя по архивным данным и Книге памяти блокадного Ленинграда, Н.А. Грибанов в дальнейшем служил в войсках ПВО, защищая небо города на Неве. В ноябре 1943 года он был награждён медалью «За оборону Ленинграда». В один из боёв он попал под бомбёжку, получил контузию. После этого у дедушки сильно пострадали зрение и слух. По окончании лечения в госпитале его комиссовали с фронта как инвалида войны.

Вернувшись в родную деревню, дед устроился работать почтальоном. Дали ему старенького каурого коня, на котором он и ездил по соседним деревням своего сельсовета, развозя письма и похоронки. Вот в ту пору он, наверное, и полюбил старинную песню про ямщика. Через некоторое время после возвращения с фронта дед встретил свою судьбу – мою бабушку Полину Николаевну Бахиреву, передовую трактористку колхоза. Они приглянулись друг другу, поженились, родился старший сын. Потом родились ещё дети, и семья из маленькой деревни Тонкинского района переехала жить в Урень.

В мирное время, когда наладился выпуск различной печатной продукции и Советский Союз считался самой читающей страной в мире, дедушка смог в полной мере утолить свою жажду чтения. Несколько раз в неделю в газетном киоске он покупал стопку свежих газет. И дома, сидя у окна и надев очки с толстыми стёклами, читал каждую из них от первой до последней строчки. Благодаря этому он был в курсе всех событий, происходивших в нашей области, стране, мире. В силу своей эрудированности и начитанности дедушка был интересным собеседником и любил поспорить на любую тему.

О войне дедушка мало что рассказывал детям и внукам.Только знаю, что свою медаль, удостоверение к ней, другие военные документы и письма сестёр, которые они писали ему на фронт, он бережно хранил в шкатулке, которую никому не давал в руки.

Прожил дедушка 74 года. Вместе с бабушкой воспитал шестерых детей, успел порадоваться и внукам. Как мать, родившая и воспитавшая шестерых детей, бабушка была награждена Медалью материнства I и II степеней. Дедушка наш был человеком выдержанным и очень добрым. Я никогда не слышала, чтобы он на кого-то кричал или повышал голос. Мне (я была у него первой внучкой) он часто говорил: «Рыбка ты моя золотая».

Любовь к лошадям дедушка пронёс через всю жизнь. И так получалось, что его работа зачастую была связана с этими красивыми и благородными животными. Трудился он в разных отраслях: и в сельском хозяйстве, и в лесной промышленности. Перед самым уходом на заслуженный отдых дедушка работал экспедитором в Уренском райпо. На спокойной, шоколадного цвета лошадке по кличке Монетка он развозил продукты по уренским магазинам.

Недавно я узнала, что в Ленинградской области есть военно-исторический центр «Кобона: дорога жизни», который находится в деревне Кобоне, расположенной на восточном берегу Ладожского озера. Именно через эту деревню проходила знаменитая Дорога жизни, связывавшая блокадный Ленинград с Большой землёй. По льду Ладожского озера вывозили истощённых от голода ленинградцев, доставляли продукты и боеприпасы в осаждённый город.

Петербуржец, неравнодушный человек с горячим сердцем Николай Миронов вот уже на протяжении 30 лет по крупицам собирает информацию о шофёрах ладожской ледовой трассы, координирует поиск героев Ладоги. Со своими единомышленниками Николай постоянно пополняет информационную базу тружеников Дороги жизни. В эту базу он недавно занёс и моего дедушку – Николая Александровича Грибанова.

Мы списались с Николаем Мироновым. Он очень мечтает найти хотя бы часть тех извозчиков, которые на гужевом транспорте доставляли в блокадный Ленинград продукты. Вот что он мне написал: «Мой низкий поклон горьковчанам – нижегородцам!!!! Спасибо им за их великий подвиг по спасению нашего Ленинграда. В том числе и шофёрам из Горького. А вот как бы найти всех, кто на гужевом хлебушек возил?! Вот, примерно неделю назад где-то увидел… «Казашка Рахима Оспанова была извозчиком на Ладоге. Работала на лошади монгольской породы, которая оказалась очень выносливой, за что Рахима получила прозвище «монголка». И как я понял, на этой очень известной фотографии её опознала дочь – Гулжаухар Тупетова».

Несколько лет назад ленинградский поэт Александр Городницкий, который в детстве был вывезен из блокадного Ленинграда по Дороге жизни, написал стихотворение «Стихи неизвестному водителю». Через некоторое время фонд поэта инициировал создание Памятника неизвестному водителю в деревне Кобоне. Это дань памяти всем шофёрам и извозчикам, которые, рискуя жизнью, ежедневно ездили по Дороге жизни, и тем, для кого дно Ладожского озера стало братской могилой.

Изначально памятник планировали открыть в мае нынешнего года. Но из-за пандемии коронавируса его открытие пока перенесли на 8 сентября – горестный день начала блокады Ленинграда.

Татьяна Прусакова.

Фото из архива автора и из открытых интернет-источников

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

57